«8 эшелонов подарков, отправленных на фронт за время войны, приобретение танковой колонны, передача Красной Армии значительного количества лошадей, перестройка всего народного хозяйства республики применительно к нуждам фронта, к условиям войны — являются вкладом монгольского народа в общее дело борьбы с кровожадным немецким фашизмом.»
Чойбалсан Х. Премьер министр МНР.
Монголия была единственным государством в мире, которое в первый же день нападения нацисткой Германии и её союзников: Венгрии, Румынии, Испании, Италии, Хорватии и Финляндии на Советский Союз, безоговорочно и непосредственно поддержала нашу страну дипломатическим участием и всеми видами моральной и материальной помощи.
Монгольская делегация предает фронтовикам материальную помощь и народные подарки. Западный фронт, 1942 г. Фото Интернет
На следующий день после нападения фашистской Германии на Советский Союз, — то есть 23 июня 1941 года, в Улан-Баторе прошёл многолюдный митинг, на котором маршал Х. Чойбалсан призвал монгольский народ, согласно дипломатического протокола «О взаимопомощи братских народов» от 12 марта 1936 года, поддерживать Советский Союз, укреплять экономику монгольской страны и оборонную мощь братского государства.
1 июля 1941 года вышло Постановление о мобилизации материально-технических ресурсов для обеспечения нужд МНРА (Монгольской народно-революционной армии) и пограничных войск.
Фактически Монголия перевела свою экономику на военные рельсы. Согласно Указа, в течение года требовалось подготовить одежду, обувь, закупить перевязочный материал и т. д. Вся страна стала жить с одним девизом — «Все для фронта, все для Победы!».
Стоит отметить, что эти постановления и обращения не остались простой протокольной формой дипломатического общения — они носили прагматический характер и вызвали живой отклик у населения Монгольской Народной Республики (МНР). Жители монгольской страны включились в общую задачу международного сопротивления гитлеровскому нацизму и японскому милитаризму, а также оказывали реальную практическую поддержку СССР.
По многим позициям, крайне бедная страна с населением всего 819 тысяч человек, за годы Второй мировой войны (ВМВ) оказала СССР помощь, превосходящую поставки западных союзников по широко рекламируемому «Лэнд-лизу».
О так называемом «Лэнд-лизе» каждый диванный историк Второй мировой войны (ВМВ), в угоду современным носителям мирового фашизма, спешит напомнить российскому и монгольскому читателю .
«От монгольского народа — фронту». На этом фото, предположительно, загруженный замороженным монгольским мясом для Красной армии вагон – ледник. Такая операция могла быть осуществлена только на станции Наушки, где во время Великой Отечественной войны существовал мясокомбинат. (Вопрос сейчас изучается историками). Фото Интернет
Но при этом мало кто знает, что каждый 5-й полушубок в Красной Армии был пошит из монгольской овчины ( итого 12,2 млн), каждая 4-ая шинель скатана из монгольской шерсти , а каждая 5 -я лошадь (всего 0,6 млн. голов) Красной Армии были поставлена из Монголии.
Авторы настоящей работы проделали более, чем скромную работу, пытаясь освежить историческую память наших читателей и возбудить у них несколько утерянное чувство глубокой благодарности братскому монгольскому народу, разделившему с нами все тяготы и лишения ВМВ.
Краткая предыстория
Многие историки полагают , что началом Второй мировой войны (ВМВ) стоит считать достопамятные события на реке Халхин-Голе в 1939 году.
Боевые действия в мае—сентябре того года, по сути, представляли из себя полномасштабный военный конфликт между Японией и советско-монгольскими войсками, который закончился полным разгромом японских войск.
После событий на Халхин-Голе и острой необходимости постоянно охранять территорию своей страны, остро встал вопрос в квалифицированных кадрах. Уже в апреле 1941 года Постановлением Политбюро ЦК ВКП на учёбу в военные учебные заведения СССР приняли 93 монгольских командиров и цириков (солдат).
Монгольские пулемётчики в бою на Халгин –Голе. Фото Интернет
И это сыграло немаловажную роль в дальнейшем развитии событий, как в период ВОВ, так и в советско-японской войне 1945.
Всеобщая мобилизация МНР
С сентября 1941 года, по просьбе маршала Чойбалсана, в ряды Красной Армии разрешили набирать монгольских граждан российского происхождения (так называемых местных русских) .
Изначально хотели призвать не более 100 молодых мужчин для прохождения учёбы и дальнейшей службы. Но желающих оказалось намного больше — несколько тысяч человек.
На призывные пункты приходили семьями – бывало отец, обвешанный георгиевскими крестами, и сыновья со своим оружием и на своих конях.
Чаще всего монгольские добровольцы служили в кавалерии и разведке.
Монгольские кавалеристы на лошадях, 1939 год
В 1941–1944 численность вооруженных сил Монголии была увеличена в 4 раза, вышел Закон об обязательной военной службе и для женщин и для мужчин.
При этом страна, которая сама не находилась в состоянии войны, тратила порядка 50% своего ВВП на вооруженных силы. Считается, что такое увеличение численности военных в регионе позволило создать противовес для японской Квантунской армии и дало возможность СССР перевести часть своих войск с Дальнего Востока на западные фронты.
Впоследствии, в августе 1945 каждый (!) мужчина призывного возраста (а иными словами — каждый 10-й монгол) принял участие в войне с Японией.
Конечно, по сравнению с огромными многомиллионными потерями советских войск на западном фронте цифры погибших здесь кажутся не такими высокими. Однако, в масштабах населения Монголии они значительны, и в процентном отношении равны потерям США за все годы войны.
Монгольские лошади и современная боевая техника для РККА.
Особую, значительную роль в войне сыграли монгольские лошади — выносливые, неприхотливые животные, отлично подходящие для длительных походов.
Всего за годы ВМВ Монголия официально передала Советскому союзу порядка 500 тыс. лошадей. И еще 32 тысячи были переданы в качестве личных пожертвований от монгольских скотоводов. Таким образом, каждая 5-я лошадь бойцов Красной Армии поступила из Монголии.
Кстати, поставки автотехники по «Лэнд – лизу» начались лишь в 1942-м году, а до этого именно лошади составляли главную тягловую силу, в том числе и в артиллерийских подразделениях.
Дань уважения этому факту отдал легендарный кавалерийский генерал Исса Плиев, который сказал: «…неприхотливая монгольская лошадка вместе с советскими танками дошла до Берлина…»
Помогала монгольская страна по силе возможностей и техникой.
На XXV сессии Малого Хурала МНР приняли решение построить танковую колонну «Революционная Монголия» в качестве дара Красной Армии
«Решение построить танковую колонну… (для) Красной Армии является новым доказательством нерушимости дружбы между монгольским и советским народами, залогом новых великих побед в борьбе за свободу и счастье наших народов. Советское Правительство, с своей стороны, примет все меры к быстрому осуществлению решения Малого Хурала.»
И .В. Сталин . дипломатическая переписка от 23 января 1942 года.)
Уже через год, 12 января 1943 года, Монголия выполнила обещание и поставила вооружение 112-й танковой бригаде. МНР предоставила 53 танка, из них 32 единицы Т-34 и 21 единицу Т-70.
Также на личные пожертвования монгольского населения в 1943 г. была собрана именная истребительная эскадрилья «Монгольский арат», которая среди прочего принимала активное участие в боях на Белорусском фронте и в штурме Берлина.
Самолёт и советский лётчик из эскадрильи «Монгольский арат»
Монгольские поставки продовольствия, шерсти и предметов первой необходимости
Учитывая небогатую экономику и слабо развитую промышленность, помощь Монголии была колоссальной.
Жители степей отдавали на фронт последние запасы: отмечено, что в самой Монголии даже начался голод. Причём, люди жертвовали не только продовольствие и шерсть, но и золото, деньги, женские украшения. Всё рабочее население трудилось на фабриках и заводах сверхурочно.
Для понимания масштабов помощи Монголии достаточно взглянуть на статистические данные. Так, только в одном из эшелонов в ноябре 1942 было отправлено фронту 13 наименований продукции, 30 тысяч предметов первой необходимости и месячного рациона питания, которыми можно обеспечить 3 (три) стрелковых дивизии.
Наши западные союзники не слишком охотно присылали на фронт предметы первой необходимости . продовольствие и шерсть.
Кстати, овечья и верблюжья шерсть и поныне являет стратегическим ресурсом государства . Без шерстяных вещей солдатам было бы невозможно ни наступать, ни держать оборону.
При этом статистика такова: промышленный «центр» — Америка — передала в СССР 54 тысяч тонн шерсти, а маленькая Монголия с населением менее 1 миллиона человек — 64 тысячи тонн. Таким образом, буквально каждая пятая шинель в советской армии была пошита из монгольского материала.
Кстати, сравнить помощь Монголии и США можно и по многим другим показателям: так, за все годы войны заокеанской союзник поставил Красной Армии 660 тыс. тонн мясных консервов, а Монголия — аналогично — почти 500 тыс. тонн мяса в живом весе.
Личный вклад каждого жителя страны
Большой вклад в снабжение Красной Армии вносили практически все жители Монголии. Молодёжные организации и профсоюзы организовывали субботники, отдавая заработанные средства в фонд помощи Красной Армии.
В Улан-Баторе рабочие и служащие организовали промкомбинаты по сбору средств, а монгольские женщины запускали кружки, на которых шили одежду из шерсти — перчатки, жилеты. Особо пригодились эти теплые вещи в первый год войны при боях под Москвой.
Монгольские женщины шьют полушубки. Фото Интернет
Кстати, белые овчинные офицерские полушубки, которые часто показывают в фильмах, также поступали именно из Монголии.
Один из ярких примеров личного вклада — Энгэлийн Бадам, которую позже прозвали «Фронт Бадам». Она отдала на нужды фронта 93 лошади, 16 верблюдов и 1600 овец, принадлежавших ей лично. Молодая женщина также пожертвовала тогда 10 тысяч тугриков, что на тот момент было огромной суммой. За эти деньги можно было купить более 12 тысяч овец.
Позвольте перейти к выводам.
Что получил в годы второй мировой войны СССР от Монголии?
Конечно полушубки, валенки и шерстяное бельё для советских солдат в Великой Отечественной, которые согревали миллионы бойцов. Даже одного этого достаточно, чтобы с уважением относиться к маленькому народу, дарившему советским людям то, чего самим страшно не хватало. Сами монголы во время войны голодали, мёрзли в дырявых юртах и худых одёжках, считали последние тугрики, отправляя в СССР не только полушубки, но и живой скот, войлок, деньги.
С 1941 по 1943-й Монголия отправила Советскому Союзу восемь эшелонов помощи. Общая сумма, которую собрали жители страны составила более 25,3 миллионов тугриков. Для небогатой страны с населением в 819 тысяч человек (данные по численности на 1940 г.) это воистину огромное сумма.
Делали они это добровольно, или подчиняясь приказу грозного маршала Чойбалсана? Этот вопрос сейчас в некоторых кругах современных «добрых соседей», да и некоторых монгольских «знатоков истории» с удовольствием муссируется. Но какое это имеет значение, если наши родители согревались не только теплом этих вещей, но и дружеским участием братского монгольского народа.
Общий вклад Монголии в победу над фашизмом был весьма и весьма значительным, а в пересчете на каждого отдельного жителя страны и вовсе колоссальным.
Показательно и то, что монгольские союзники начали оказывать поддержку Советскому Союзу буквально с первых дней войны, в отличие от многих западных стран.
Впоследствии, говоря о союзниках СССР в войне, современные военные историки чаще всего концентрировались именно на западных странах и поставках по ленд-лизу, а вклад восточного соседа и друга оказался почти забытым.
Но история пунктуально расставляет все знаки в мировой летописи и крайне важно сегодня вспомнить об этих грозных временах и о том, кто протянул нам руку помощи в самый трудный момент.
Должны ли монголы испытывать благодарность Советскому Союзу за ликвидацию угрозы своего физического истребления японскими милитаристами? Это пусть они решают сами.
И в заключение
История «народной» Монголии 1921 — 1990 гг. – это не либерально-романтическая баллада о потерянном времени.
Монголы – часть великой восточной культуры, наряду с Китаем, Японией Кореей и Таиландом. И эта страна вполне могла за десятилетия мирного развития достичь высокого уровня социально-экономического и цивилизационного развития: в Монголии сосредоточены огромные природные ресурсы, и монголы – достаточно разумный и талантливый народ.
Но их крайне мало на столь обширной и столь богатой территории, что вызывает дикую зависть некоторых из предприимчивых и агрессивных соседей. По сему, они 113 лет тому назад так упорно просились под скипетр Российской державы.
Некоторые политологи либерального пошиба смеют утверждать, что как только развитого социализма и соответствующего коммунистического содружества не стало, Монголия начала развиваться, как и положено современной суверенной капиталистической стране.
Однако, за последние 30 лет говорить об общем процветании монгольского народа, как в прочем и русского, прямо скажем рановато.
Профессиональный уровень управления на всех уровнях, от промышленных рабочих и аратов-кочевников, до низовых чиновников и высокопоставленных бюрократов, явно недостаточен. Коррупция преодолевается весьма трудно. Простой монгольский народ, зачастую, топит свои бытовые проблемы в архи.
Однако, отношение к советскому прошлому и к нынешней России в Монголии, в целом, остаётся уважительным, о чём свидетельствует прошлогодний визит президента России в Улан-Батор, да и не только он.
В современной Монголии помнят десятки тысячи советских людей, работавших на их земле, среди которых были всякие: тупые и талантливые, лентяи и выдающиеся подвижники, ничтожные хапуги и настоящие друзья. Современных, выдающихся расистов американского и японского разлива, среди советских специалистов отродясь не водилось. Были, конечно, те, кто унижал «младших братьев» — в любой семье не без урода, но в абсолютном большинстве были те, кто сочувствовал и учил, помогал словом и делом.
И монголы и русские помнят тех, с кем рядом воевали и трудились, веселились и делили горе – горькое.
Преступно забывать, что в Монголии, как и в СССР, выросли поколения на примерах крепкой дружбы МНР и СССР, советской помощи, безусловных успехах строительства социализма в Монголии.
Ещё живы мы, – ветераны монголо-советского сотрудничества, отдавшие этому святому делу лучшие годы свой жизни, накопленный опыт и научные знания. Мы не признавали, не признаем и нашим детям и внукам завещаем не признавать лживые уверения в том, что отстаивали порочные ценности и трудились на территории МНР в преступных целях.
Наши народы очень схожи в трудном познании истины и в сохранении исторической памяти совместной деятельности. Мы глубоко убеждены, что Монголия остаётся для нас скорее родной, чем чужой страной. И Россия для монголов – не далеко чужая.
Сегодня, в преддверии 80-летия Великой совместной Победы на немецким фашизмом, крайне важно вспомнить всё то хорошее, что сделали наши родители, бабушки и дедушки, а также более далекие предки и забыть те глупости, которые сотворены нами за последние 30 лет.
В тревожный период видимого (возможно, не всем) единения мирового фашизма, необходимо относиться к совместной истории Монголии и России без гордыни и самолюбования. Потому, что нашим странам и дальше предстоит жить рядом, и жить в дружбе.
С великим праздником — 80-летием совместной Победы над немецким фашизмом дорогие монгольские друзья!
Борис Скупов.
Ветеран военно – строительных войск России, первостроитель ГОК «Эрдэнэт», кавалер ордена «Полярная звезда» МНР.
Сергей Лелеко.
Ветеран железнодорожных войск России, член Российского «Общества друзей Монголии», член Тюменского отделения Российского военно-исторического общества (РВИО)
